Гуманистическая энергетика. Почему ГЭС безопасны для человека

Гуманистическая энергетика. Почему ГЭС безопасны для человека

В этом году исполнилось 50 лет Красноярской ГЭС, одной из самых мощных в мире и одной из самых рентабельных в нашей стране. Сейчас на станции идет масштабная модернизация: уже полностью реконструированы все 12 гидроагрегатов, заменены открытые распредустройства, трансформаторы, а в сентябре на станцию из Санкт-Петербурга доставили два новых 250-тонных рабочих колеса. 

Гидроэлектростанции безопаснее для окружающей среды и человека, чем любые тепловые или атомные станции. Об этом еще в 1990 году писал известный советский гидролог, академик РАН Игорь Петрович Дружинин. В статье «Жизнеемкость и экология» ученый посчитал, сколько именно человеческих жизней удается спасти благодаря «гуманистической энергетике». 

Критикуя ГЭС, часто упоминают об огромном количестве людей, которых приходится переселять при строительстве водохранилищ и тысячах гектаров затапливаемых земель. За 70 лет гидростроительства в СССР было переселено около 1,1 млн человек, пишет Дружинин. Много это или мало? После чернобыльской катастрофы из-за радиоактивного загрязнения пришлось переселить больше 1,5 млн человек. 

Весь каскад водохранилищ работает так, чтобы уменьшить негативные последствия маловодья на Волге. Волга мелеет: что будет с крупнейшей рекой России и как ГЭС могут ей помочь
Гораздо хуже, когда людей никуда из зоны влияния электростанции вообще никуда не переселяют. Так, людей и народохозяйственные объекты перемещают из небольшой санитарно-защитной зоны вокруг ТЭС или АЭС, при этом все остальные думают, что станции на них никак не влияют, а по сути становятся «заложниками», которые платят за производство электроэнергии своим здоровьем, качеством жизни и наконец самой жизнью. И количество таких «заложников» во много раз превышает число переселенных при строительстве всех советских и российских ГЭС вместе взятых. 

«Как это ни парадоксально, но многие считают, что за гидроэнергию приходится расплачиваться сельскохозяйственными, лесными, рыбохозяйственными угодьями и другими отрицательными влияниями, — пишет академик Дружинин. — А вот плата населения за энергию тепловых и атомных станций своими жизнями, здоровьем, имуществом, чистотой атмосферы, вод, почвы, растений якобы совсем не существует. В действительности же с точки зрения жизни и здоровья человека энергия ГЭС является чистой. Ее даже можно пока условно назвать принципиально гуманистической, несмотря на ряд остающихся отрицательных моментов, таких как цветение воды, переработка берегов, ухудшение рыбного хозяйства. А энергию тепловых и атомных электростанций — антигуманистической до тех пор, пока она не станет достаточно чистой».

По мнению ученого, охрана окружающей среды в СССР сильно недофинансировалась: в конце 80-х при необходимых 60-70 млрд рублей в год выделялось всего 11-12,5 млрд рублей. Нельзя сказать, что в современной Росии ситуация с государственным вниманием к экологическим проблемам стала принципиально другой. 

Среди преимуществ гидроэнергетики перед другими видами генерации энергии Дружинин указывает на возобновляемость источника энергии, в последние годы переход на возобновляемые источники становится все более актуальным, отсутствие загрязняющих выбросов в атмосферу, снижение расхода кислорода на сжигание топлива. Негативное влияние угольных ТЭС сложно переоценить. По оценкам ученых, дополнительная смертность от влияния угольной ТЭС с учетом добычи, обработки и транспорта угля может быть оценена на уровне 236 человек на 1 млрд кВт*часов вырабатываемой ею электроэнергии.

«Эти величины (226 и 100 чел/млрд кВт*часов), очевидно, и могут быть приняты пока в качестве верхней и нижней границ возможного влияния современных тепловых электростанций на угле на дополнительную смертность людей, — делает вывод Дружинин. — За 1945-1988 годы всеми гидроэлектростанциями СССР выработано 4307 млрд кВт*часов электроэнергии и, тем самым, сэкономлено более 1500 млн тонн условного топлива. Одновременно ГЭС позволили предотвратить за эти годы от 430 тыс. до 970 тыс. смертей. В настоящее время все гидростанции страны вырабатывают ежегодно 230 млрд кВт*часов электроэнергии и тем самым предотвращают от 20 до 50 тыс. дополнительных смертей. Если бы не было такого количества ГЭС, то катастрофы, подобные землетрясению в Армении (27-40 тыс. человек погибших) в конце 1988 года, повторялись бы ежегодно с той лишь разницей, что преждевременная смертность людей разных возрастов была бы рассредоточена по территории страны».

«Это настолько большой социальный эффект ГЭС, что он пока не может быть оценен каким-либо другим показателем, так как уникальность каждой человеческой жизни выводит этот фактор на самый первостепенный уровень. По сравнению с ним все остальное должно отойти на второй и третий планы», — резюмирует ученый. И согласитесь, с этим невозможно поспорить. 

Наконец, чтобы понять — много это или не очень, действительно ли эта та цена, которую мы можем себе позволить, Дружинин рассчитал условную стоимость каждой спасенной человеческой жизни в гектарах земли. 

«Если ориентироваться на затопленную за все годы строительства водохранилищ пашню и указанные выше оценки сбереженных жизней, то «пашенная цена» составит 0,76-1,7 га/человека, «сенокосная цена» — 3,4-7,7 га/человека, а «общая территориальная цена» — 7,4-16,6 га/человека».

Если же брать только цифры земельных потерь за 70-80-е, то «плата» за предотвращение каждой дополнительной смерти по пашне в эти годы составляет 0,2-0,4 га/человека, по сельхозугодьям — 0,8-1,9 и по общей площади — 3,6-8,2 га/человека, то есть в 2-4 раза меньше, чем в целом за весь период, считает ученый.

«Она также будет существенно снижаться со временем», был уверен еще в 1990 году Дружинин. И не только этот, но и многие другие прогнозы впоследствии сбылись.

20:14
8
Нет комментариев. Ваш будет первым!